Стратегия и Управление.ru
Dec 10

Стратегия и управление

Маркетинг и реклама

Экономика и финансы



Эволюция государственной политики РФ в контексте модернизации нефтянного комплекса 1990–2008 гг.

Политика социально-экономической модерни­зации России предусматривает обеспечение инно­вационного процесса во всех отраслях отечествен­ной экономики, включая топливно-энергетический комплекс. Президент Российской Федерации Д. А. Медведев, выступая на Совещании по вопросам развития энергетики в Омске 12 февраля 2010 г., за­явил, что выбор стратегии развития ТЭК, в том чис­ле, нефтяного сектора, является одним из условий конкурентоспособности России на мировом рынке в XXI веке. Программы социально-экономического развития страны включают дальнейшее наращива­ние объемов добычи и переработки углеводородов. В частности, Премьер-министр В. В. Путин в ходе за­седания Правительства РФ, посвященного обсужде­нию Энергетической стратегии России до 2030 г., поставил задачу на основе современных технологий обеспечить опережающее воспроизводство базы топливно-энергетических ресурсов. При этом процесс модернизации российского нефтяного ком­плекса в значительной степени связан с развитием регионов — старых и новых центров нефтедобываю­щей, нефтеперерабатывающей и нефтехимической промышленности. Формирование современной стратегии экономического развития России предпо­лагает изучение и осмысление исторического опыта региональной политики в нефтяной сфере.

На состояние нефтедобывающей и нефтепере­рабатывающей промышленности в российских ре­гионах в 1990-е гг. существенное влияние оказывал характер взаимодействия между федеральным цен­тром и региональными властями, соотношение сил между политическими, хозяйственными и финансо­выми структурами в процессе распределения добы­ваемых ресурсов, рентных платежей, нефтепродук­тов и др.

Конституция 1993 г. определила основополагаю­щие права российских регионов, в том числе, в от­ношении распоряжения недрами и формирования собственной правовой базы в данной сфере. На про­тяжении 1990-х гг. шел процесс становления взаи­моотношений между центром и регионами, порой выходивший за рамки действовавшего законода­тельства. Только на рубеже веков произошла кор­реляция правового поля регионов с федеральным и окончательно утверждены принципы распределе­ния сырьевой ренты в рамках политики централиза­ции, которая к этому моменту «отвечала интересам политических и экономических элит федерального и регионального уровня».

Из 89 субъектов Российской Федерации 33 яв­ляются нефтедобывающими. В 1990-е гг. они проявляли высокую активность и результа­тивность в создании правовой, организационной и финансовой основы функционирования нефтегазо­вого комплекса на своих территориях. В том числе, правительства национальных республик в составе Российской Федерации (Татарстан, Башкортостан и др.), а также других субъектов Федерации, располо­женных на нефтегазоносных территориях, приняли законы о недрах, нефти и газе, а также ряд других документов, определявших региональную полити­ку в нефтегазовой сфере.

Наибольшую активность в данном вопросе про­являли власти Татарстана. 23 октября 1992 г. вышло постановление Кабинета министров РТ «О мерах по развитию нефтедобывающей отрасли Республики Татарстан». ТатНИПИнефть в 1992 г. по заданию «Татнефти» разработал «Концепцию развития не­фтяной промышленности Татарстана». 19 июня 1997 г. был принят Закон Республики Татарстан № 1211 «О нефти и газе», который констатировал, что сырьевые богатства являются достоянием ее наро­да. Создавались благоприятные условия для дея­тельности малых нефтедобывающих предприятий в регионе. С момента выхода Указа Президента РТ от 12 декабря 1997 г «О мерах по увеличению нефте­добычи в Республике Татарстан» до 2000 г. в респу­блике было образовано более 20 нефтедобывающих предприятий.

Еще в 1990 г. была подготовлена и принята кон­цепция основ недропользования Тюменской обла­сти. 26 февраля 1999 года был принят Закон Тюменской области «О нефти и газе», действовав­ший до 1 января 2005 г.

Эти и аналогичные законодательные акты уста­навливали право регионов на использование запа­сов полезных ископаемых как неотъемлемого до­стояния народа, проживающего в данном субъекте федерации, и регулировали порядок распределения доходов региональной нефтяной промышленности между регионами и федеральным центром. Таким образом, региональные власти играли лидирую­щую роль в формировании правового поля, необ­ходимого для эффективного развития российского нефтяного комплекса и модернизации нефтепере­рабатывающих и нефтехимических предприятий на своей территории. (Следует отметить, что дан­ная ситуация была вполне логичной и в определен­ной степени сопоставимой с историей ряда других нефтедобывающих регионов мира. В частности, в странах Персидского залива период роста перераба­тывающих производств наступил после достижения теми или иными территориями финансовой неза­висимости через государственное финансирование). Развивалось и региональное законода­тельство в сфере природопользования. Так, норма­тивные акты по экологической политике приняли Калининградская, Кемеровская, Самарская области.

Помимо региональных законов по недрополь­зованию в субъектах Российской Федерации в рас­сматриваемый период принимались программы развития нефтяного комплекса, создававшиеся при участии ведущих ученых-нефтяников. Так, напри­мер, Академией наук Республики Башкортостан была разработана программа «Нефть и газ Башкортостана (конец XX — начало XXI века)», рас­считанная на 1996–2000 гг. Значительное внимание в данном документе уделялось вопросам модерни­зации нефтеперерабатывающей и нефтехимической промышленности, как одному из ведущих секторов экономики Башкортостана.

Важнейшим элементом восстановления в регио­нах в 1990-е гг. нефтяной промышленности явилась налоговая политика, проводившаяся местными властями. Нередко инициатором введения более гибкого налогового механизма выступали непо­средственно нефтяные компании, которые пред­лагали местным администрациям такую схему уплаты налогов, которая была выгодна и региону и бизнесу. Так, например, в 1995 г. ОАО «ЛУКОЙЛ-Пермнефть» предложило администрации Пермской области выплачивать налоги на доходы физических лиц на территории пропорционально количеству работников предприятия, проживающих там, а на­лог на прибыль — на территории, где предприятие эту прибыль получает. Тогда это противоречило Налоговому кодексу, но губернатор Пермской об­ласти все же издал соответствующий указ и тем са­мым защитил Общество «от лобовых столкновений с внешней средой и пустых дискуссий». По предложению первого заместителя компании «ЛУКОЙЛ» Равиля Маганова был принят областной закон Пермской области о снижении налогов с ма- лодебитных скважин. Реализация новых принципов налогообложения потребовала перестройки и ин­тенсификации работы местных налоговых органов, однако, как подчеркивали впоследствии и предста­вители администрации, и руководители нефтяной компании, усилия в полной мере себя оправдали. По их мнению, именно принципиальная позиция регио­нальных властей, отстоявших перед центром право на весомую часть доходов от добываемых углево­дородов, обусловила существенное изменение эко­номического облика сырьевых областей: «теперь бывшие дотационные регионы всегда при деньгах, что способствует заинтересованности территорий в развитии у себя самых различных производств».

Представляет интерес эксперимент по нало­говому стимулированию добычи нефти, который в течение 5,5 лет (в 1995–2000 гг.) проводился в Татарстане. Здесь было введено льготное налогоо­бложение добычи нефти по истощенным участкам недр, дополнительной добычи за счет внедрения МУН, добычи из вновь введенных малоэффективных месторождений с ТЗН. В результате дополнительно было добыто 44,9 млн. т нефти (28,7% от общей до­бычи). Дополнительные налоговые поступления в бюджеты всех уровней составили 13,5 млрд. руб., были сохранены в работе 10 тыс. скважин и 18,5 тыс. рабочих мест, экономия для нефтяных компаний со­ставила 15 млрд. руб. Дополнительная добыча за счет новых МУН выросла в 6 раз, а ежегодная до­полнительная добыча в результате внедрения всех передовых технологий составила около 40% общей добычи.

Для национальных республик и областей было характерно активное участие государства в разви­тии нефтяного комплекса, в том числе, как держа­теля акций нефтяных компаний. Так, например, при создании Национальной нефтегазовой компании «Саханефтегаз» свыше 80% акций было передано в собственность Фонда управления госимуществом Республики Саха (Якутия). Указом Президента Татарстана была введена на 5 лет «золотая акция», которая вошла в состав пакета акций АО «Татнефть» (40%), переданного Госкомимуществу Республики Татарстан. АО «Татнефть» выполняло значительный объем правительственных постановлений по от­грузкам нефти для республиканских нужд, отдавая почти половину добытой нефти, которая при этом включалась в объем реализованной продукции и облагалась налогом. В целом компания обеспечива­ла более трети всех налоговых сборов Татарстана. С другой стороны, в Татарстане впервые в России была внедрена система дифференцированного рен-тообложения нефтедобычи: благодаря им только в 2001 г. было дополнительно добыто 2,5 млн. тонн нефти; «Татнефть» в числе первых российских ком­паний вышла на иностранный финансовый рынок, разместив свыше 10% акций в виде американских депозитарных расписок (ADR).

В Башкортостане доля правительства республи­ки в нефтедобыче (АО «Башнефть») составляла 60%, в нефтепереработке (АО «Башнефтехим») — 80%. В 2001 г. АО «Башнефть» обеспечило 48% бюджетных доходов Башкортостана. На начало 2003 г. 65% ак­ций «Башнефти» принадлежало государству[20, с. 9]. При этом нефтяная отрасль заняла лидирующие по­зиции в экономике Республики Башкортостан и со­ставила основу ее топливно-энергетического ком­плекса. Доля ТЭК в общереспубликанском объеме отгруженной продукции и налоговых поступлениях составила в 2006 г. около 50%, в полученной прибы­ли — более 70%, а в экспортных поставках — свыше 80%. За 2006 г. во все уровни бюджета и внебюджет­ные фонды компанией «Башнефть» было перечис­лено налогов, сборов и платежей на сумму 63 млрд. 148 млн. руб. (на 41% больше, чем в 2005 г.). К 2007 г. Башкортостан не только занимал шестое место в России по уровню добычи нефти, но являлся лиде­ром по объему переработки нефтяного сырья и про­изводству светлых нефтепродуктов.

Важное значение для развития модернизацион- ного потенциала нефтегазового комплекса имела политика регионов в сфере науки и образования. «В 1990-е гг., вопреки всем потрясениям конца ХХ — начала XXI вв., потенциал российской академи­ческой науки в регионе не снизился,— пишет Р. Г. Юсупов — В 1991 г. была учреждена Академия наук Республики Башкортостан. Учреждения Уфимского научного центра РАН, АН РБ, взаимодействуя со структурами Российской академии наук, концен­трируя все возможные источники федерального и местного бюджета, сохранили ведущие науч­ные школы, их кадровый потенциал. В республи­ке проводились фундаментальные и прикладные исследования, создавались уникальные научно- образовательные комплексы вузов, колледжей, научно-исследовательских институтов, опытных заводов, проектных, конструкторских организаций в ведущих отраслях промышленности».

Следует отметить, что активное участие регио­нальных правительств в деятельности нефтяного комплекса, в целом, дало положительный эффект. Произошедшее при этом «снижение уровня го­сударственной собственности с федерального на республиканский не помешало, а даже способство­вало эффективному управлению и развитию отрас­ли». Активность местных властей в ре­шении проблем, связанных с ТЭК, использовалась Минтопэнерго и другими центральными ведомствами, заинтересованными в принятии тех или иных решений, пробуксовывавших порой на федераль­ном уровне. Так, в результате работы Минтопэнерго с регионами было простимулировано принятие региональных законов об энергосбережении. В не­фтеносных регионах создавались инвестиционные фонды энергосбережения и др.

На начальном этапе рыночных реформ регио­нальные власти и бизнес активно шли на сотрудни­чество с иностранными компаниями, пытаясь найти финансовые средства для поддержания нефтяной отрасли. Так, например, в 1991 г. на Всемирном не­фтяном центре в Хьюстоне был объявлен конкурс на совместную добычу нефти в Прикамье. Тогда же к созданию в объединении «Пермнефть» совмест­ного российско-американского предприятия под­ключилась администрация Пермской области. При ее участии была достигнута договоренность о соз­дании совместных предприятий с нефтедобываю­щей фирмой СОКО (США). Установление контактов с зарубежными партнерами и рядом российских компаний позволило области привлечь инвестиции для добычи нефти и обустройства ряда новых ме­сторождений в Прикамье.

Одновременно руководители нефтегазоносных регионов предпринимали усилия по привлечению ведущих российских нефтяных компаний к раз­работке месторождений, развитию транспортных систем и нефтеперерабатывающих производств. Осуществляя капиталовложения в региональную добывающую промышленность, ВИНК участвова­ли в социально-экономическом развитии регионов. При поддержке местных властей в 1995–1997 гг. были образованы региональные компании, заняв­шие авторитетные позиции в российском нефтяном бизнесе: Сибирская нефтяная компания (СИНКО), «Восточная нефтяная компания», Тюменская нефтя­ная компания, «НОРСИ-ОЙЛ», «Уралнефтепродукт» и др. Взаимопонимание с местной властью являлось одним из наиболее значимых факторов в развитии нефтяных предприятий. Следует отметить, что представители нефтяного бизнеса играли важную роль в формировании экономической и социальной политики регионов в целом через представитель­ство в выборных органах власти и общественные организации. В свою очередь, наблюдался процесс перехода части управленческих кадров в деловой мир нефтяного комплекса, где реализовывался их административный опыт. Так, например, бывший губернатор Пермской области Г. В. Игумнов воз­главил аппарат Совета директоров ЗАО «ЛУКОЙЛ- Пермь».

Характерной особенностью развития нефтегазо­вого сектора стало создание уже в начале 1990-х гг. региональных корпоративных структур. Так, напри­мер, в мае 1991 г. под эгидой Тюменского областного совета народных депутатов состоялось Совещание руководителей и специалистов Западно-Сибирского нефтегазового комплекса, которое приняло реше­ние о создании Западно-Сибирской нефтегазовой корпорации — вневедомственной межотраслевой нефтедобывающей структуры. Летом 1994 г. была создана Межрегиональная ассоциация экономического взаимодействия основных нефте­газовых регионов. В нее вошли Республика Коми, Татарстан. Башкирия, Оренбургская, Сахалинская. Тюменская и Томская области, Ханты-Мансийский и Ямало-Ненецкий автономные округа. Главной за­дачей ассоциации являлось обеспечение государ­ственной поддержки нефтегазового комплекса, в т. ч. пересмотр действующей системы налогообложения предприятий ТЭК, решение проблемы расчетов за топливо и энергию. Председателем Ассоциации был избран министр топлива и энергетики РФ, депутат Федерального собрания Ю. Шафраник.

В 2000-е гг. со стороны российских регионов прослеживается активная поддержка общероссий­ских программ социально-экономического разви­тия страны, в том числе, программ региональной политики. Необходимо отметить, что возникший в 1990-е гг. комплекс идей и прогнозов по поводу бу­дущего России содержал диаметрально противопо­ложные подходы к решению проблемы социально- экономической модернизации страны, включая и тему использования сырьевых ресурсов. В част­ности, следует упомянуть концепцию «сжатия эко­номической ойкументы», представлявшую собой антипод советской программы развития Сибири. Ее сторонники придерживались мнения, что про­должение добычи полезных ископаемых в условиях истощения поверхностных запасов, хозяйственная деятельность деградировавших в период конца 1980-х — 1990-е гг. производственных комплексов, шахт и т. п. объектах, эксплуатация которых требо­вала значительных капиталовложений, приведет к дальнейшему обескровливанию экономики. Они предлагали сосредоточить усилия на развитии ев­ропейской части России, делая упор на наиболее крупные промышленные и финансовые центры. Соответственно, перечеркивались те усилия, кото­рые уже были предприняты в предшествующие де­сятилетия по освоению Сибири и Дальнего Востока, предлагалось отказаться от тех огромных возмож­ностей, которые предоставляет освоение их при­родных и кадровых ресурсов. Подобный подход не мог устраивать ни перспективно мыслящие силы в руководстве страны, ни сами регионы, которые, как было показано выше, стремились воспользоваться открывшимися возможностями для развития. При этом они добивались от центра определенных по­литических и финансовых бонусов, используя в то же время те преимущества, которые давал доступ к общероссийским экономическим программам. Весомым фактором влияния был и молодой россий­ский нефтяной бизнес, основные надежды и пер­спективы которого связывались, прежде всего, со старыми нефтедобывающими и нефтепромышлен­ными территориями, а в перспективе и с освоением новых месторождений на востоке и севере страны.

Показательно, что и федеральные государствен­ные программы и политика региональных вла­стей, в итоге, оказались направлены на сохранение хозяйственно-экономической целостности страны. Нефтяной комплекс, благодаря которому в промыш­ленность Сибири, Дальнего Востока, Севера России пришло финансирование, сыграл существенную роль в развитии ресурсных регионов: здесь начало возрождаться, а затем и модернизироваться про­изводство, были решены многие социальные про­блемы и т. п. Уже в первой половине 1990-х гг. доля сибирского региона в общем промышленном про­изводстве России увеличилась с 16,3 до 24,5%. Это было характерно для всех топливно-сырьевых тер­риторий Сибири, особенно для Тюменской области, доля которой возросла с 3,5% в 1990 г. до 7,7% к се­редине 1994 г. В то же время, этот рост в рамках огромных территорий носил, по сути, точеч­ный характер, сказывалось отсутствие современ­ной, соответствующей запросам бизнеса и общества транспортной, информационной и социальной ин­фраструктуры. Почти не создавались новые центры нефтепереработки и нефтехимии на территориях молодых месторождений. Следует отметить, что данное явление не свидетельствует о деградации отрасли как таковой. Сдерживание нефтеперераба­тывающих производств в новых нефтегазоносных районах в настоящее время является общемировой тенденцией. Крупные нефтяные компании пред­почитают вкладывать капиталы в проекты, реа­лизуемые на территории промышленно развитых территорий. С другой стороны, острота со­циальных проблем, в том числе, демографической ситуации в отдаленных нефтеносных провинциях требовала выработки мер государственного стиму­лирования процесса развития в них промышленной инфраструктуры, в которой одно из ключевых мест должны занять современная нефтепереработка и нефтехимия.

Значительный интерес представляет исто­рический опыт развития нефтяного комплекса в Ханты-Мансийском автономном округе, где в на­чале 1990-х гг. добывалось ⅔ российской нефти. Экономическая модернизация ХМАО осуществля­лась совместными усилиями местных и федераль­ных властей. С 1993 г. в данном регионе началась реализация новой политики в области недрополь­зования. Комитетом по геологии и использованию недр совместно с Минтопэнерго была разработана долгосрочная программа лицензирования участков нераспределенной части фонда недр округа до 2000 г. Было намечено более 100 блоков территории, ко­торые могли стать объектами лицензирования на условиях конкурсов и аукционов для российских и иностранных компаний. Согласно постановле­нию, Роскомнедра РФ и администрация Ханты- Мансийского АО образовали паритетную тендерную комиссию для проведения аукционов и конкурсов по месторождениям нефти. На первом конкурсе на право долевого участия иностранных компаний в разработке Приобского и группы Салымских место­рождений победителями стали компании «Амоко» и «Шелл». Администрацией Хакты-Мансийского округа было подписано соглашение с Минтопэнерго и Роскомнедра о сотрудничестве в недропользова­нии и программах развития нефтегазодобывающе­го комплекса. Данный документ позволял «более четко разграничить компетенцию федеральных и местных властей в вопросах использования нефтя­ных запасов территории и создать юридический механизм, регулирующий темпы добычи сырья и воспроизводства сырьевой базы».

Показательно, что власти ХМАО, как и многих других нефтедобывающих регионов, уделяли значи­тельное внимание созданию механизма информаци­онного мониторинга и административно-правового контроля за процессом геолого-разведочных рабо­ты, освоением недр и развитием перерабатываю­щей промышленности на своей территории.

28 сентября 1993 г. в период острого кризиса в нефтяной промышленности и геологоразведоч­ной отрасли решением Администрации Ханты- Мансийского автономного округа было создано ГУП ХМАО «Научно-аналитический центр рационально­го недропользования» с дислокацией основных под­разделений в городах Ханты-Мансийск и Тюмень. Целью создания центра было научно-аналитическое и информационное обеспечение деятельности орга­нов государственной власти в сфере недропользо­вания, подготовка комплексных решений проблем лицензирования недр, воспроизводства ресурсной базы нефтяной промышленности, контроль за ра­циональным использованием богатств недр округа, ориентированных на достижение баланса интере­сов государства, недропользователей и населения автономного округа. В 2009 г. в структуре Центра действовало 14 подразделений, общая численность персонала составляла 340 человек, в том числе 3 доктора и 28 кандидатов геолого-минералогических наук. На базе Центра функционировал Ханты- Мансийский отдел Государственной комиссии по запасам и Тюменское отделение Центральной ко­миссии по разработке Министерства природных ресурсов РФ.

Процесс модернизации региональных струк­тур российского нефтяного комплекса неразрывно связан с развитием их научно-производственной составляющей, формированием эффективной, ор­ганизационно и финансово обеспеченной системы разработки и внедрения технологий. Данное на­правление неоднократно выделялось в качестве приоритетного в ходе совещаний на правитель­ственном уровне, отраслевых конференциях, в про­граммах развития нефтяных и нефтеперерабаты­вающих компаний, как одно из главных условий реализации стратегии создания в России инноваци­онной экономики.

Свое значение в процессе восстановления и мо­дернизации нефтяного комплекса, прежде всего, в повышении рентабельности нефтедобычи, научно- производственный сектор продемонстрировал уже на этапе становления рыночной экономики. Существенное значение здесь имели сложившие­ся на протяжении предшествующих десятилетий тесные связи отраслевой науки и производства, на­личие кадров квалифицированных специалистов- ученых и производственников, преданных своей профессии и предприятиям, имевших значитель­ный потенциал научных идей и технологических разработок. Так, еще в советский период «большую роль в освоении новых нефтехимических производств на предприятиях Башкирии сыграли центральные научно-исследовательские цехи заводов (Уфимский завод синтетического спирта, Стерлитамакский завод синтетического каучука), оперативно решавшие как технологические, так и научные задачи, ликвидируя слабые места в технологических схемах и недоработки научно-исследовательских и проектных институтов.

Разумеется, не следует недооценивать и дея­тельность отраслевых НИИ и НИПИ как участников модернизационного процесса на предприятиях не­фтяного комплекса в регионах. Как уже отмеча­лось выше, отраслевые научно-исследовательские структуры, в том числе, региональные, благодаря поддержке отраслевого бизнеса, смогли сохранить свой статус научных учреждений и продолжить исследования, востребованные производством. Научно-исследовательский компонент развития региональных нефтяных комплексов обеспечивали, в частности, филиалы ВНИПИнефти. Такие научно- производственные центры, как БашНИПИнефть осуществляли разработку широкого круга проблем, связанных с развитием отечественной нефтяной промышленности. На протяжении всего рас­сматриваемого периода «БашНИПИнефть» вел на­учные исследования и разработки, направленные на технологическое обновление оборудования не­фтедобывающих и нефтеперерабатывающих пред­приятий республики. АО «ТатНИПИнефть» был разработан бесперфораторный способ вторичного вскрытия нефтяных пластов, успешно внедренный нефтедобывающими предприятиями Татарстана и Башкирии, ОАО НПП «ВНИИТИС» и ОАО «Сибнефть- Ноябрьскнефтегазгеофизика» представили ряд ин­новаций в технологии бурения боковых стволов и т. п.

Результатом деятельности региональных НИПИнефти и научно-производственных центров, действовавших в структуре нефтяных компаний, стало внедрение современных технологий разработ­ки месторождений. В начале 1995 г. в России было пробурено более 205 скважин с горизонтальными стволами. Значительный объем таких работ прихо­дился на компании «Татнефть», «Сургутнефтегаз», «Томскнефть». С 1998 г. на месторождениях ОАО «Сургутнефтегаз» началось бурение боковых ство­лов из аварийных, высокообводненных и низкопро­дуктивных скважин. К 2002 г. было введено в экс­плуатацию 253 скважины с боковыми стволами; и т. п.

Позитивным примером успешного перевода про­изводства на инновационные рельсы развития яв­ляется деятельность ОАО «Салаватнефтеоргсинтез», предприятия которого имеют прочные традиции научно-производственной деятельности. Они сло­жились еще в 1950-1970-е гг., когда в структуре комбината появились центральная лаборатория (из ее состава впоследствии были выделены: служ­ба контрольно-измерительных приборов, лабо­ратория металлов ремонтно-механического заво­да, опытно-исследовательский цех), а также затем конструкторское бюро. С первых дней своего су­ществования Центральная лаборатория участво­вала во внедрении передовой технологии, нового технологического и лабораторного оборудования, в повышении качества выпускаемой продукции и т. д. Эта деятельность не прекращалась и в последующие годы, получив новый стимул к раз­витию в период модернизации производства ОАО «Салаватнефтеоргсинтез».

Тема социальной ответственности нефтяного бизнеса является одной из наиболее значимых в контексте политики развития российских регионов, в ряде которых нефтедобывающие предприятия являются градообразующими, а население почти полностью зависит от состояния «нефтянки». Как уже говорилось выше, на начальном этапе рыноч­ных реформ социальная роль нефтяного бизнеса на местах заключалась, прежде всего, в возрождении предприятий и повышении рентабельности произ­водства, т. е. в создании рабочих мест и достойной оплате труда нефтяников. По заявлению руковод­ства «ЛУКОЙЛ», компания в середине 1990-х гг. до­бивалась финансовой стабилизации с тем, чтобы «увеличить объем денежных поступлений до раз­меров, обеспечивающих нормальные выплаты зара­ботной платы и налогов». В то же время, соз­дание цивилизованных условий труда и социальных гарантий для работников являлось частью корпо­ративной политики ВИНК, которая способствовала росту производительности труда, а также улучшала общественный имидж компаний. Такие компании, как «ЛУКОЙЛ», «Роснефть», «Сургутнефтегаз» и др. уделяли значительное внимание вопросам охраны труда и здоровья своего персонала, развитию корпо­ративных структур отдыха и спорта, ведомственных медицинских центров. В 1998 г. первыми пострада­ли социальные программы нефтяных компаний и обязательства по коллективным договорам, кото­рые носили чисто корпоративный характер. Тем не менее, «ЛУКОЙЛ» сохранил негосударственный пенсионный фонд ЛУКОЙЛ-Гарант, дополнитель­ные выплаты молодым семьям, матерям и т. п. и ряд других социальных льгот для своих работников.

Помимо корпоративной социальной полити­ки, российский нефтяной бизнес достаточно рано включился в программы социального развития, не связанные напрямую с коммерческой деятельно­стью. В 1990-е гг. посевные и уборочные кампании в большинстве российских регионов фактически субсидировались крупнейшими нефтяными корпо­рациями. В 1994 г. ведущие российские нефтяные компании «ЛУКОЙЛ» и «ЮКОС» снизили цены на топливо, сознательно пойдя на финансово нерента­бельный для себя вариант взаимоотношений с рос­сийскими регионами. По словам вице-президента НК «ЛУКОЙЛ» Леонида Федуна, «одновременно это была в определенном смысле и политическая ак­ция, которая должна была продемонстрировать общественности, что не нефтяники несут ответ­ственность за галопирующую инфляцию, как это пытались преподнести некоторые средства массо­вой информации». Российский крупный бизнес во второй половине 1990-х — 2000-е гг. достаточно широко занимался благотворительной деятельно­стью, При этом нефтяные и газовые концерны занимали лидирующие позиции по объему финан­сирования социальных программ, компенсируя в глазах общества ущерб, наносимый их деятельно­стью здоровью людей, и другие негативные аспек­ты сырьевого бизнеса.

В начале нового века тема социальной ответ­ственности становится одним из обязательных направлений в программах развития нефтяных компаний, что было связано с развитием в России цивилизованного рынка и распространением за­рубежных бизнес-стандартов, а также с выстраива­нием более позитивного вектора взаимоотношений между бизнесом и государством, к чему прилагали усилия обе стороны. «В современном граждан­ском обществе изменился и сам предприниматель: сегодня он в значительно большей степени, чем ког­да либо ранее, чувствует социальную ответствен­ность за свои действия».

Нефтяные компании, крупные предприятия не­фтепереработки и нефтехимии в этот период играли заметную роль в дальнейшем становлении в России социально ответственного бизнеса, причем их дея­тельность развивалась и в корпоративных рамках, и в сфере благотворительности. Поскольку боль­шинство работников нефтегазовых предприятий являлось жителями нефтедобывающих регионов, социальные программы нефтегазового бизнеса вы­страивались таким образом, чтобы одновременно учитывать и региональные и корпоративные интере­сы. Примером подобного подхода являет­ся деятельность ТНК-ВР. В 2004 г. концерн подписал соглашения с администрациями Нижневартовска, Радужного, Саратовской, Оренбургской, Рязанской и Ульяновской областей, в соответствии с которыми выделил на реализацию социальных программ 2,6 млрд. рублей.

Компания «ЛУКОЙЛ» первой в России приняла внутренний «Социальный кодекс», утвержденный Советом директоров 21 декабря 2002 г., опередив тем самым ведущую корпоративную организа­цию российского бизнеса — Российский союз про­мышленников и предпринимателей, принявший «Социальную хартию российского бизнеса», в ноя­бре 2004 г. Кодекс «ЛУКОЙЛ» был ориентирован, прежде всего, на корпоративные со­циальные гарантии сотрудникам компании, в том числе, пенсионерам, а также на участие в жизни тех регионов, где действуют предприятия «ЛУКОЙЛа», включая развитие науки, образования, спорта, уча­стие в природоохранных мероприятиях.

Одним из главных направлений благотворитель­ной деятельности нефтяных компаний является по­мощь детским домам и интернатам, медицинским учреждениям. В частности, в Сыктывкаре компания «ЛУКОЙЛ» поддерживала уникальную агрошколу- интернат им. А. А. Католикова, в Лангепасе (Западная Сибирь), обеспечивала медицинским оборудовани­ем и компьютерами реабилитационный центр для детей-инвалидов, участвовала в проекте «Каждому слепому ребенку — книжку в подарок» и т. п.

Значительное внимание вопросам социальной ответственности и благотворительности в рассма­триваемый период уделяла компания «Башнефть». Только в течение 2006 г. «Башнефтью» было пере­числено более 470 млн. руб. на поддержку учреж­дений образования, здравоохранения, культуры, спорта и содержание республиканских объектов инфраструктуры.

ОАО «Салаватнефтеоргсинтез» стало первым и единственным предприятием России, имеющим положительный опыт решения проблемы компен­сации сахарного диабета у детей. Чтобы улучшить качество жизни и помочь избежать осложнений болезни, 39 детям Салавата и Ишимбая были по­дарены инсулиновые помпы. Вместе с родителями они приняли участие в торжественном собрании, которое состоялось в Конгресс-холле в Уфе в рамках Всемирного дня борьбы против диабета. Число об­щественно значимых проектов, реализуемых ОАО «Салаватнефтеоргсинтез», с каждым годом уве­личивалось. В частности, компания присоедини­лась к проекту «Вернуть детство», призванному поддержать воспитанников детских домов и де­тей, оставшихся без попечения родителей. Проект реализуется в Приволжском федеральном окру­ге при поддержке Полномочного представителя Президента Российской Федерации Г. А. Рапоты.

Как проявление социальной ответственности нефтяного бизнеса можно рассматривать его уча­стие в реализации крупных экономических про­ектов, в том числе, на основе механизма частно- государственного партнерства.

Таким образом, восстановление и модерниза­ция нефтедобывающей и нефтеперерабатывающей промышленности в период 1990 — 2008 гг. стали неотъемлемой частью региональной политики Российской Федерации. Причем, если в начале 1990-х гг. нефтяная рента была одним из факторов центробежных тенденций и, в то же время, аргу­ментом в спорах между регионами и федеральны­ми властями, то в начале нового века развитие не­фтяного комплекса стало в большей степени полем конструктивного взаимодействия между ними.

Становление нефтяного бизнеса во многих слу­чаях явилось главным фактором в формировании экономической политики субъектов Федерации, в восстановлении межрегиональных хозяйствен­ных связей, преодолении социального кризиса на отдаленных территориях. В процессе развития ре­гиональных комплексов нефтяной, нефтеперераба­тывающей и нефтехимической промышленности в рассматриваемый период наблюдалась активиза­ция и расширение спектра деятельности научно- производственных структур компаний и промыш­ленных объединений.

Провозглашенная правительством Российской Федерации политика модернизации экономики, включая нефтяной сектор, поддерживается россий­скими регионами. Так, например, вновь избранный Президент Башкортостана Р. З. Хамитов в своей речи при вступлении в должность Главы Республики ска­зал: «21-ый век — век высоких технологий, иннова­ционного развития, информационных прорывов. Республика не должна стоять в стороне от этих про­цессов. Машино- и приборостроение, производство двигателей и сложного оборудования, программные продукты и новые средства передачи информации, экология и энергоэффективность должны быть на острие наших интересов».

Политическая и экономическая стабилизация, формирование единого правового поля страны в 2000-е гг. оказали позитивное влияние на развитие нефтяной и нефтеперерабатывающей промышлен­ности, создав условия для ее модернизации на осно­ве комплексной реализации федеральных и регио­нальных программ развития.

 
Опубликовать в Twitter Написать в Facebook Поделиться ВКонтакте В Google Buzz Записать себе в LiveJournal Показать В Моем Мире В дневник на LI.RU Поделиться ссылкой на Я.ру